Относительно активности генерального прокурора в социальных сетях.

Представления о снятии с меня депутатской неприкосновенности в аппарате Верховной Рады еще нет. Как и не было никаких подозрений у ГПУ в отношении меня еще 31 октября. О чем есть официальный ответ этого органа. Видимо, что-то изменилось за 3 дня, или генпрокурора бессовестно подставляют его же подчиненные. Прокомментирую этот «анонс» от Юрия Луценко.

Удивлен, что именно по этому «шитому белыми нитками» делу прокуратура собирается подавать представление. В ходе его расследования уже сменилось четыре процессуальных прокурора и три следователя. Я уже давал неоднократно по нему свои свидетельские показания и никогда не прятался за депутатскую неприкосновенность.

В чем же пытается обвинить меня ГПУ? По словам Луценко, в якобы причастности к «незаконному давлению на УПЦ, с целью отстранения от должности покойного митрополита Владимира». В Церкви знают мое отношение к Блаженнейшему, лечение которого проходило при моем непосредственном участии и поддержке. Только у откровенно бессовестного человека повернется язык сказать, что я желал ему зла.

Насколько мне известно, обвинение построено в основном на словах бывшего секретаря Блаженнейшего гражданина Драбинко, который в последнее время в своей лжи зашел очень далеко, и его не останавливает даже церковный сан.

Драбинко в 2013 году был задержан правоохранителями, т.к. следствие имело доказательства, что он входил в круг лиц, причастных к похищению настоятельницы Свято-Покровского монастыря и ее келейницы. По просьбе Блаженнейшего Митрополита Владимира Драбинко оставили в статусе свидетеля. Он пошел на сотрудничество со следствием и дал показания на своего подельника. Боясь мести соучастника, митрополит Александр написал заявление с просьбой о предоставлении ему охраны, которая была снята в 2014 году опять-таки по его просьбе. Все его заявления, а также собственноручное раскаяние находятся в материалах дела о похищении монахинь, о чем не раз писали СМИ.

И именно нахождение под охраной сейчас Драбинко называет незаконным удержанием, которое якобы стало частью «давления» на Блаженнейшего. Вот так в один момент он стал «жертвой режима», умолчав, что именно этот «режим» спас его от уголовного преследования.

Играть роль пострадавших от прошлой власти – это привычная в последнее время модель поведения мошенников разных мастей, при этом, принято особенно на патриотизм напирать… Но возмущает то, как любитель роскошных машин и элитной недвижимости Драбинко умудряется «поставить всё с ног на голову» и использовать темные страницы своей биографии себе же на пользу.

Мне чрезвычайно неприятно, что этот человек имеет отношение к Украинской Православной Церкви, которая уже дала оценку ему как личности. Священный Синод УПЦ осудил «его стиль жизни, недостойное поведение и деструктивные действия».

Сейчас власть использует зависимость Драбинко, в отношении которого в любой момент может быть возобновлено расследование, для того, чтобы он лжесвидетельствовал против меня.

Фабула очень простая. Но «у лжи ноги коротки», поэтому это дело очень скоро развалится, и я уверен, что все причастные к его фабрикации понесут наказание.

Здесь прослеживается откровенная политическая мотивация, дело сфабриковано для того, чтобы устроить очередную информационную шумиху и оказать давление на оппозицию.

Я ни разу не избегал встречи со следователями, будь они из прокуратуры или МВД. Наверное, ни один чиновник или депутат за последние два года не беседовал столько с правоохранителями, сколько я. Но я никогда не нарушал закон, поэтому у меня нет оснований избегать его представителей.

Чтобы заранее пресечь всякие инсинуации, официально заявляю – завтра у меня запланирована традиционная поездка на Афон. В Украину я вернусь уже в понедельник и готов буду ответить на любые вопросы правоохранителей и коллег-депутатов относительно этого дела.

Как бы ни развивалась далее ситуация, и как бы ни хотелось моим недругам, в любом случае – я останусь в Украине и никуда уезжать не собираюсь, даже в случае необоснованного преследования.

А что касается гражданина Драбинко, то я ему советую прислушаться к остаткам своей совести, покаяться и не идти на поводу у политических подстрекателей, которые грозят ему возобновить уголовное дело, в котором он уже будет фигурировать не в качестве свидетеля, а обвиняемого.